Вик Уайлд, двукратный олимпийский чемпион по сноуборду, признался, что вопрос показа зимних Олимпийских игр 2026 года в России его совершенно не волнует. По его словам, он практически не смотрит телевизор и не зависит от традиционных трансляций.
Поводом для комментария стал недавний анонс: один из российских онлайн-сервисов объявил, что будет бесплатно показывать соревнования Олимпиады-2026, которая пройдёт в Италии. На фоне обсуждений доступности трансляций Уайлда попросили высказать своё мнение о том, насколько важно, чтобы Игры демонстрировались в эфире в России.
Спортсмен ответил неожиданно спокойно и подчеркнул, что лично для него этот вопрос не является принципиальным: он никогда специально не задумывался, нужно ли показывать Олимпиаду по российскому телевидению, и тот факт, будет трансляция или нет, не играет в его жизни особой роли. Причина проста: телевизор он, по собственным словам, практически не включает.
При этом Уайлд уточнил, что интерес к самим соревнованиям у него никуда не пропал. Он заявил, что планирует следить за событиями Олимпиады-2026, но делать это хотел бы в другом формате. Если появится свободное время и будет возможность, он с удовольствием посмотрит отдельные старты, но предпочёл бы более «живое» и современное потребление контента, а не классический телевизионный эфир.
Более того, сноубордист не исключил, что может отправиться на Игры лично. По его словам, вариант с поездкой в Италию выглядит для него куда привлекательнее, чем пассивный просмотр соревнований по экрану. Таким образом, для Уайлда приоритетом остаётся атмосфера и непосредственное присутствие на стартах, а не способ трансляции.
Контекст вокруг выступления российских спортсменов на Играх-2026 остаётся напряжённым. На данный момент известно, что девять представителей России допущены до участия в соревнованиях в нейтральном статусе. Они не смогут выступать под национальным флагом и использовать государственную символику, а победы не будут засчитываться в общий медальный зачёт России. Тем не менее, для самих атлетов возможность выйти на старт Олимпиады по-прежнему имеет огромное значение.
Ситуация с нейтральным статусом серьёзно меняет восприятие Игр внутри страны. Для части болельщиков Олимпиада традиционно ассоциируется с флагом, гимном, борьбой в командном зачёте, а не только с личными успехами спортсменов. В то же время многие продолжают поддерживать атлетов вне зависимости от политического фона, воспринимая участие как высший уровень спортивной карьеры. На этом фоне слова Уайлда подчёркивают более личное, индивидуальное отношение к Олимпиаде: для него это, в первую очередь, большие старты и высокий уровень соревнований, а не телевизионная картинка и атрибутика.
Интересно, что позиция сноубордиста отражает и более широкий тренд: всё больше спортсменов и болельщиков уходят от классического телевидения в сторону цифровых платформ, стримингов и персонализированного контента. Многие предпочитают смотреть только выбранные дисциплины, повторы заездов или нарезки лучших моментов, а не проводить часы у телевизора, подстраиваясь под сетку эфира. В этом смысле слова Уайлда о том, что он хотел бы «другой способ» просмотра, выглядят вполне логично и современно.
Особый интерес вызывает и возможная поездка Уайлда в Италию. Личное присутствие на Играх для бывшего и действующего спортсмена — это не только эмоции зрителя, но и возможность оценить состояние мирового сноуборда, увидеть конкурентов, тренды в подготовке, оборудование, трассы. Для двукратного олимпийского чемпиона такой опыт может стать и профессионально важным, если он планирует продолжать карьеру, работать с молодёжью или развиваться в тренерском и экспертном направлениях.
Фигура Уайлда сама по себе символична для российского спорта. Американец по происхождению, он стал одним из самых ярких представителей российской сборной по сноуборду, завоевав две золотые медали на Играх. Его история — пример того, как личный выбор, переход под другой флаг и адаптация к новой стране могут привести к выдающимся результатам. На этом фоне его спокойное, даже отстранённое отношение к вопросу телетрансляций подчёркивает, что для спортсмена первичны реальная борьба на склоне и внутренние цели, а не медийный антураж.
Для российских болельщиков тема трансляций Олимпиады в ближайшие годы, скорее всего, будет оставаться чувствительной. Доступность соревнований, условия просмотра, формат показа и наличие российского комментария будут иметь значение для аудитории. Но пример Уайлда показывает, что отношение к Играм может строиться и иначе: не через привычный телевизионный эфир, а через личное присутствие, выборочные онлайн-просмотры и более точечный интерес к отдельным видам спорта.
Можно ожидать, что к Олимпиаде-2026 сформируется новая модель потребления спортивного контента: часть зрителей ограничится краткими обзорами и итогами медального зачёта, другая — будет следить за любимыми дисциплинами через стриминги и приложения, третья — вовсе перейдёт к формату «включусь только на ключевые финалы». В этом спектре подход Уайлда — ещё одна грань: человек, для которого Олимпиада — это, прежде всего, событие, к которому он хочет прикоснуться лично, а не просто картинка в эфире.
При этом наличие даже девяти российских нейтральных спортсменов придаёт Играм дополнительную интригу для российской аудитории. Каждый их старт будет рассматриваться под увеличительным стеклом, каждая медаль — восприниматься как личный подвиг на фоне ограничений и сложной международной обстановки. И хотя сам Уайлд говорит, что ему безразлично, покажут ли Олимпиаду по телевизору, миллионы зрителей в России по-прежнему будут следить за судьбой этих атлетов, выбирая для себя удобный способ просмотра.
В итоге позиция Вика Уайлда можно трактовать как личное заявление о свободе от медийной зависимости. Для него Олимпиада — это не трансляция и не рейтинги каналов, а спорт как таковой. Он готов смотреть Игры, но только тогда, когда ему это действительно интересно и удобно, а в идеале — увидеть всё своими глазами на месте соревнований. На фоне дискуссий о правах на показ, платных и бесплатных сервисах и ограничениях для российской символики его слова звучат как напоминание о том, что в основе Олимпиады всё же остаются люди на старте и их борьба за результат, а не формат, в котором это покажут зрителям.